Тут ничего нету

Сюда выводятся комментарии

Сюда выводятся даилоговые окна

About company (eng)
Поиск Карта сайта Обратная связь Зарегистрироваться Войти

Пресса о нас

Польский Нетинебудет

Крупнейший польский поэт первой половины ХХ века, романтик и фантазер Галчинский предстает драматургом-абсурдистоми организатором семейного досуга.

Поэт с изящным именем Константы Ильдефонс Галчинский (1905–1953) прожил яркую, болезненную и очень красивую жизнь. В ней было все: эмиграция и концлагерь, декадентские кружки и пьесы абсурда. Сушеные цветы и радужные бабочки, зеленые гуси, ослики и незнакомцы с длинными артистическими пальцами. Поэзия — не выспренняя и лощеная, а трогательная, балладная, ироничная; проза — не публицистическая и твердокаменная, а горькая, вызывающе мирная; театр — не пропагандистский и орущий, а камерный, домашний…

В те годы в самых разных домах (в том числе русских, которые автор в детстве и юности в России видел достаточно) было принято играть любительские спектакли и читать детям вслух. Такое времяпрепровождение не просто увлекательно — оно еще и очень уютно. Сейчас, когда в наших семьях культура домашних постановок и вечернего чтения у камина под зеленой лампой безвозвратно утеряна, а под семейным праздником подразумевается в лучшем случае совместная поездка в молл, самое время возродить эту хорошую традицию. И для этого прекрасно подойдут абсурдистские пьески из репертуара театра «Зеленый гусь», придуманного эксцентричным поляком Галчинским.

Персонажи переходят из одной пьесы в другую, и ролькакой-нибудьсобаки в пенсне из раза в раз отводится дедушке, а роль Алоизия Гжегжулки, «злостного курильщика средних лет», с блеском исполнит друг семьи, приходящий на чай. Это дурацкая и безбашенная буффонада, которой можно заразить огромное число родных и знакомых: миниатюры легко исполнить и заучить наизусть, а при желании — и творчески дополнить, как это проделывали на протяжении нескольких десятков летрежиссеры-интерпретаторы.

Простор для творчества в этих пьесах — огромный: придумайте, к примеру, как можно изобразить при помощи подручных средств ремарку «Домик пропивают, и он пропадает» или «Гжегжулка надолго воплощается в мошку и погружается в жужжание»?

И не стоит беспокоиться, что пьесы Галчинского — «чемодан с двойным дном», из которого того и гляди полезут в разные стороны мрачные исторические персонажи и трагические, трудные для понимания аллюзии: это вовсе не остросоциальная проза. Во всяком случае, не более социальная, чем Хармс или Тувим ("Действие происходит, ну, предположим, у Мавзолея Ленина в Москве» — ремарка пьесы «Спорт в Советской России"). Некогда это «двойное дно» восхищало и страшило дотошных современников автора, сейчас же от объектов его веселой иронии остались лишь труды историков и множество страниц комментариев к нынешнему изданию. А язык — легкий, живой, образный и смешливый — остался и все так же ярок, неповторим и певуч. При этом многие микропьесы, стихи и рассказы автора переведены в России впервые, многие опубликованы в новом, неканоническом переводе (к счастью, у читателя есть возможность сравнить тускловатые работы новых переводчиков с блестящими классическими версиями Д. Самойлова, И. Бродского и О. Седаковой).

Фарландия, давшая название сборнику, родственна питерпэновской стране Нетинебудет Джеймса Барри. Страна, где сбываются мечты…и куда попадают двое влюбленных, назначивших друг другу свидание на мосту. Мост взорвали террористы (терроризм — примета любого неспокойного времени), но:

И не грусти, не лей напрасных слез

И не тревожься, что взорвали мост, —

В Фарландии произойдет свидание.

В нашем мире, где «все бесчувственно», поэту тесно и грустно. В Фарландии — небо и пальмы, смех и радость, чистота восприятия и светлые лица друзей. То, чего самому Галчинскому было отмерено так мало и чем он так щедро делился. А теперь, спустя полвека, делится и с нами.

 


Автор: Соня Соколова