Тут ничего нету

Сюда выводятся комментарии

Сюда выводятся даилоговые окна

About company (eng)
Поиск Карта сайта Обратная связь Зарегистрироваться Войти

Пресса о нас

Гениев и патронов никогда не бывает много

После трагических событий в Беслане «СОЮЗ» уже обращался к теме борьбы с терроризмом, противодействия кровавому беспределу. Сегодня разговор продолжает президент Международной контртеррористической тренинговой ассоциации, эксперт по безопасности и терроризму Иосиф Линдер...

 

- Иосиф Борисович, для начала вопрос, который порой возникает в народе: зачем вообще нужны спецслужбы в демократическом государстве?

- Ни одно государство в мире не обходится без системы национальной или государственной безопасности. Наряду с методами открытой защиты государственных интересов, которые используют Министерство обороны и МВД, существуют и методы защиты интересов государства и граждан секретными или негласными способами. Этим как раз и занимаются службы, которые очень давно стали называться «специальными» — именно в силу специфики их работы, которую не видит основная масса граждан. Основной метод работы таких служб — негласная, секретная деятельность, зачастую она носит нелегальный характер. Деятельность сотрудников спецслужб определяется не общепринятыми актами, а корректируется специальными законами, дающими определенные полномочия, которые не имеют обычные граждане. Но задача все та же — защитить государство, граждан, наиболее важные государственные приоритеты всеми возможными методами. Это задача спецслужб. Приведу красноречивый пример:в 30-егоды прошлого века, когда была «вырублена» вся советская агентура, возникла ситуация, когда высшее политическое руководство СССР 137 (!) суток не получало развединформации. Последствия нам хорошо известны...

- Какие задачи сейчас стоят перед отечественными спецслужбами? Видимо, в связи с обострением терроризма в мире и России, трагедией в Беслане, они должны измениться, как должно измениться и наше отношение к самим спецслужбам...

- Давайте по порядку. Основная угроза — угроза терроризма существует ровно столько, сколько существует государство. Как только появилось первое государство, появился первый террорист. Говоря словами из старинной китайской «Книги Перемен», когда появилось прекрасное, родилось безобразное. В разные эпохи и на разных этапах развития цивилизации задачи меняются. Помимо разведки, обеспечения безопасности высших должностных лиц государства, охраны экономических, финансовых, продовольственных, экологических, военных и других интересов, терроризм всегда существовал и будет существовать в сфере внимания спецслужб. Просто в определенных условиях терроризм приобретает приоритетное значение по сравнению с остальным. Но ни один из видов угроз не может исчезнуть из обоймы спецслужб, их список может только расшириться. К сожалению, закон работы спецслужб — увеличение видов угроз, которым надо противостоять, но ни в коем случае — не их уменьшение.

Сотрудник спецслужб должен быть более изощренным, чем террорист, должен работать на 5 — 10 ходов вперед.

Международная контртеррористическая тренинговая ассоциация, которую я возглавляю, была создана в 1988 году во времена СССР. То, с чем мы сейчас столкнулись, — полномасштабная война, которая ведется не сегодня и не вчера. Она велась всегда. Период современного терроризма формально начался с выстрела Каракозова и охватывает исторический период до событий 1917 года, а затем советскую историю. После Первой мировой войны, особенно после событий 1917 года, террористическая активность на территории СССР развивалась с фантастической быстротой, и советским спецслужбам пришлось очень много сил и средств употребить на то, чтобы подавить эту волну. Было проведено огромное количество уникальных операций. Смена строя, государственного аппарата не повлекла за собой изменения отношения к нам. Сильная Россия всегда была опасна. И люди, которые 15 лет выращивали бен Ладена, а потом назвали его главным террористом современности, — они с такой же легкостью будут использовать все, чтобы направить вектор террористических актов со своей территории на чужую.

Менять отношение к терроризму на политическом уровне нужно было, на мой взгляд,10 лет назад. Декларация, сделанная сейчас высшим политическим руководством России, адекватная. Теперь ее нужно претворять в жизнь, и здесь возникает множество проблем — финансовых, кадровых, социальных, оперативных... Нельзя создать службу на голом месте. Необходимо время, огромные силы и финансы для того, чтобы восстановить разрушенные оперативные агентурные связи.Почему-тограждане США или Англии, или Германии не считают зазорным помогать своим спецслужбам, давать информацию о враждебных элементах илио чем-топодозрительном — они понимают, что тем самым они защищают собственное государство. В нашей же психологиикое-ктопытается внедрить мысль о том, что помощь безопасности государства — постыдное дело.

- Многие писатели Запада, включая Дефо, Грина, Моэма, не считали зазорным сотрудничество со спецслужбами, видя в этом выполнение своего гражданского долга...

- Нельзя смешивать стукачество30-хгодов и помощь спецслужбам в защите национальных интересов. У нас же продолжают мерить линейкой 1937 года: мол, помощь службам госбезопасности заключается в написании доноса на своего ближнего с целью отправить его в ГУЛАГ и занять его место. Это слишком сильно укрепилось в умах людей. Между тем все страны мира живут по одному принципу. Пример — Германия. После Второй мировой там была принята система генерала Гелена, суть которой — основная масса оперативных сотрудников в ФРГ является сексотами. Не надо путать понятия «сексот» и «стукач». Сексот — это секретный сотрудник в собственной стране. На 80 миллионов немцев существуют около 20 тысяч сотрудников секретных ведомств, они растворены среди населения и негласно получают финансовое довольствие через специальные фонды. О том, что человек был кадровым офицером, часто узнают через много лет после его смерти. Это позволяет вести мощную оперативную работу, не показывая определенную часть оперативного аппарата.

Американцы пошли тем же самым путем и после 11 сентября создали дополнительно министерство национальной безопасности. Мы же потеряли в этом смысле уже два поколения. Через 10—15 лет сотрудники нынешних спецслужб уйдут на пенсию, придут новые люди. Но в отсутствии соответствующей, я подчеркиваю, профессиональной идеологии будет очень сложно работать. Закладывать основу нужно уже сейчас. Государству нужна мощная профессиональная идеология, позволяющая ответить на вопросы: что мы защищаем, какие принципы ставим во главу угла? Это очень сложный процесс, который одними декларациями не решить. За этим должны стоять сложные, многоходовые действия, причем логически выверенные и очень прагматичные. Подготовить людей сразу нельзя — специалисты готовятся на 7—15 лет вперед. Я люблю одну формулу: «Терроризм — это искусство». С художником может справиться только более изощренный художник, но никак не ремесленник. Маляр с художником не справится! Поэтому сотрудник спецслужб должен быть более изощренным, чем террорист, должен работать на 5—10 ходов вперед. У нас зачастую получается, что в критических ситуациях руководит огромное количество ведомств, нарушая правило единого командования, а люди, те кто может и должен работать в таких ситуациях, связаны по рукам и ногам.

- Что включает в себя понятие «профессиональная культура» спецслужб?

- Профессиональная культура закладывается годами, шлифуется десятилетиями, и только будучи воплощенав двух-трехпоколениях, становится тем, что уважительно принято называть «школой». Без профессиональной культуры немыслимо нормальное функционирование сложных силовых механизмов. Иначе осколки разваленной машины могут искалечить все, что окажется на их пути. Могу привести пример. После 1917 года в наших спецслужбах военных спецов было очень мало. Даже перешедшие на сторону советской власти сотрудники жандармерии, разведки или контрразведки играли консультативную роль, а руководящие места занимали бывшиебольшевики-подпольщики.Они не были кадровыми офицерами, но тут помогала длительная работа в подполье, противодействие государственным службам плюс очень высокая степень гуманитарного образования, впитанная с детства культура, знание языков, жизненная позиция... Эти люди очень быстро научились обыгрывать своих оппонентов, многие из которых прошли классическую школу специальной подготовки в рамках госаппарата. Культура спецслужб — прежде всего широкое гуманитарное образование плюс профессиональная прагматичность, нацеленная на стратегическую перспективу. Хотим мы того или нет, но необразованный человек не может быть профессионалом. Не может стать профессионалом и тот, кто говорит, что он самый крутой, тем самым подписывая себе поражение еще до схватки. Любой профессионал обязан работать не на тактическую, а на стратегическую перспективу. У нас есть поговорка: гениев и патронов никогда не бывает много. Человек, находящийся в потоке, не имеет права останавливаться. Даже уйдя в запас, отставку, он должен продолжать готовить будущих сотрудников, передавая им опыт. Только тогда сотрудник может считаться профессионально культурным. Я не беру во внимание владение специальными приемами, знание специальных предметов...

- В своей книге «История специальных служб России Х-ХХ веков», вышедшей недавно в Москве, вы, в частности, пишете: «У европейских специалистов, работающих в области охраны государственных интересов или в структурах, противодействующих террористическим или иным нелегальным военизированным организациям, есть профессиональная поговорка. Она звучит так: «Если это нужно нашей Родине или если нам хорошо платят, то приставку «контр» мы отбрасываем»... Согласитесь, звучит довольно цинично?..

- Эта поговорка, отражающая один из аспектов профессиональной идеологии, звучит цинично для человека, далекого от данной среды. Извечный дуализм мира и правило двойного морального стандарта не минуло эту сферу деятельности. Мир разделен на две противоположности: добро и зло, черное и белое, тепло и холод, тьма и свет, верх и низ... Два начала неизменно переплетаются и борются друг с другом — это естественное положение в полярном мире. Любая спецслужба живет по закону двойного стандарта морали. Мы не обижаемся на врача, который не говорит пациенту о смертельном заболевании. Как говорится, ложь во благо! Сотрудник спецслужбы должен уметь грамотно врать не потому, что он — патологический врун, а потому, что это часть его легенды или работы. Когда мы говорим о спецслужбах, то должны четко понять, что к ним нельзя подходить с общечеловеческой меркой. Мы делим мир на чужих шпионов и своих разведчиков, на своих снайперов и чужих киллеров. Если мы говорим о терроризме, то любой контртеррорист должен быть подготовлен лучше, чем тот, от кого он нас защищает. И в случае необходимости эта тактика, без приставки «контр», может и должна быть использована против людей, готовящих крупную катастрофу. Любой террористический акт можно предотвратить при наличии опережающей оперативной информации и при возможности использовать соответствующие боевые оперативные подразделения в профилактическом порядке. Проще взять на душу грех ликвидации 10 подонков, которые планируют убийство тысяч людей. И самое главное, это является профилактическим методом, не пугающим, но иногда останавливающим противника. Напугать противника практически нельзя. С ним можно либо заранее договориться, либо его заранее ликвидировать. С точки зрения общечеловеческой морали, это, может быть, звучит цинично. Но с точки зрения борьбы за генофонд страны и за сохранение жизни большинства сограждан, можно пожертвовать несколькими жизнями организаторов теракта и не допустить трагедий 11 сентября в США или 1 сентября в Беслане.

- Чем занимается ваша Международная контртеррористическая тренинговая ассоциация?

- Задача ассоциации — подготовка и обучение сотрудников прежде всего государственных силовых, а также корпоративных ведомств по конкретным прагматичным вопросам, разработка и реализация тех программ, которые станут актуальными через несколько лет в силу специфики деятельности служб. Основной экспертный состав — ветераны внешней разведки, контрразведки... Основной костяк составляют сотрудники внешней разведки. У нас широкие международные контакты, что позволяет все последниеноу-хаумгновенно внедрять в практику. Есть парадокс педагогики: вчерашними знаниями сегодня учить людей работать завтра. Наша задача — научить человека думать и мыслить вперед, не просто использовать вчерашние знания, а использовать вчерашний опыт, чтобы разрабатывать программы, которых до тебя еще не было. В ассоциации участвуют представители более 15 стран, на подготовке находятся более 30 тысяч сотрудников, около 13 тысяч — россияне, в основном люди в погонах. У нас есть отдельное направление для частных охранных детективных структур, мы готовим сотрудников личной охраны, офисной, банковской и экономической безопасности, кадровых служб по принципу: не к каждому начальнику можно приставить чекиста, проще из начальника сделать чекиста.

- Есть ли у вас контакты с коллегами из Беларуси?

- У наших корпоративных членов контакты есть. По крайней мере в последнее время такие переговоры велись. Если у белорусских коллег будет желание, мы с удовольствием приедем и поделимся тем опытом, который у нас есть. Наши двери открыты.


Автор: Беседовал Александр Щуплов