Тут ничего нету

Сюда выводятся комментарии

Сюда выводятся даилоговые окна

About company (eng)
Поиск Карта сайта Обратная связь Зарегистрироваться Войти

Пресса о нас

Христос как монстр. Выбор «Горького»: самые любопытные новинки недели

Славой Жижек, Джон Милбанк. Монструозность Христа. М.: РИПОЛ классик, 2020. Перевод с английского Дианы Хамис. Содержание

Встревоженных скорострельностью Славоя Жижека можно успокоить: в оригинале дебаты словенского философа и американского теолога Джона Милбанка вышли в 2009 году. И если первый в представлении не нуждается, то про Милбанка стоит рассказать.

Вопреки издательской аннотации он вовсе не «радикально-православный» богослов, но основатель и лидер теологического движения «радикальная ортодоксия», направленного против «либеральной теологии». В своей главной работе «Теология и социальная теория: по ту сторону секулярного разума» (на русском выходили некоторые главы) Милбанк отстаивает мысль о том, что любую систему взглядов, настаивающих на своей универсальности и объективности (например, научных взглядов), можно свести к набору основополагающих ценностей, которые по существу являются «теологическими». В такой перспективе позиции секуляризма также оказываются своего рода теологией, только еретической.

Англоязычная публикация имеет в качестве подзаголовка вопросительную формулировку «Парадокс или диалектика?», которая делает интенции авторов куда прозрачнее. Парадокс и диалектика — это два способа трактовки пресловутой гегелевской монструозности Христа, «монструозности», заключающейся в сочетании несочетаемого: божественного и человеческого.

И Жижек, и Милбанк сходятся в том, что боговоплощение есть центральное событие человеческой истории. Однако для словенца оппозиция неотмирного Бога и лишенного Бога человека диалектически сливаются в Христе, который «исходит» в мир как Святой Дух. Этот дух, дух любви, по Жижеку, бессилен сам по себе, способен лишь свидетельствовать о человеческом страдании, однако истинную силу ему могут придать вера и воля верующего человека. Для Милбанка все «традиционнее»: боговоплощение есть диалектически неснимаемый парадокс, через который мир обретает бытийную полноту. В итоге мы имеем важный и захватывающий текст (которому бы не помешала редактура), выводящий богословские дискуссии за пределы карикатурного противостояния верунов и храмофобов.

«Действительное бесконечное парадоксально связано с конечным. Майстер Экхарт видел это наиболее отчетливо (и выразил в терминах, чей охват превосходит любой гегельянский анализ), утверждая, что бесконечное как „неясное”, таким образом, „неотличимо” от конечного, хотя как „уникальное” неясное оно должно быть в себе самом отличным из всех и самым отличным от ясного, т. е. конечного. Он, таким образом, заключил, что в бесконечном абсолютная неразличимость и абсолютное различание совпадают. <...> Для Гегеля туман испаряется в чистый туман ничто, оставляя только резкие, голые, застывшие деревья в их изоляции. Для Экхарта туман — связь деревьев лесу, на которых он лежит венком. Туман — это красота тумана, красота бесконечного».

Источник


Автор: Иван Напреенко