Тут ничего нету

Сюда выводятся комментарии

Сюда выводятся даилоговые окна

About company (eng)
Поиск Карта сайта Обратная связь Зарегистрироваться Войти

Пресса о нас

Карлик-колдун и левая рука Кальтенбруннера

Эпохальный роман из пробирки денацификационной анкеты, первые концерты Дугина, чудеса Рима глазами средневековых писателей, Кристофер Бакли шутит про пуритан, а также веские доказательства в пользу того, что неравенство одним добрым словом не одолеть. Иван Напреенко — о самых заметных новинках недели.

Владимир Видеманн. Запрещенный Союз-2. Последнее советское десятилетие глазами мистической богемы. М.: РИПОЛ классик, 2020

Продолжение автобиографического романа, посвященного советской контркультурной тусовке. Повествование начинается там, где кончается первая часть, — с отъезда эстонского мистика-философа Михаэля «Рама» Тамма в эмиграцию в начале 1980-х.

Проводив создателя «автономной гексаэдрической знаковой модели» за железный занавес, Видеманн углубляется в таинственные пространства советской Азии. К началу перестройки концентрация духовидцев, детей цветов всех сортов и просто аферистов в каком-нибудь Душанбе, этом «советском Катманду», была сопоставима с числом ангелов, способных уместиться на кончике иглы. В течение всей книги дух авантюризма носит автора по евразийским просторам от Таллина до Ашхабада и обратно, попутно извлекая из андеграундной тьмы горбачевской эпохи фактурные характеры, все как один озабоченные физическим или метафизическим бегством из совка.

Не стоит ждать от «Последнего десятилетия» безумств в духе «Хроник российской саньясы». Это куда более «спокойная» документальная история, где акценты смещены скорее на портретирование агонизирующей империи и способы приспособления к переменам в реальности, чем на коллекционирование «магических» типажей, озабоченных оной реальности преобразованием.

«Здесь же, на Жуковского, давал под гитару свои первые публичные концерты Саша Дугин, приезжавший в Питер навести европейские каналы для выхода к интересовавшей его герметической литературе.

Ваш воспаленно-томный шелк
Украл сиреневый закат,
И кто-то много раз подряд
Пугал вас лезвием зеркал.
Но ваши узкие зрачки
Тянулись в сумасшедший бриз,
Где инфернальный парадиз
Дрожал в нервическом Ничто...

Стайка итальянских девушек с лицами моделей художников эпохи кватроченто слушала его, затаив дыхание. Узнав, что Александр — большой поклонник писателя Габриэле д’Анунцио и оккультиста Юлиуса Эволы, они окончательно убедились, что все русские — опасные сумасшедшие и неисправимые дадаисты».

Источник


Автор: Иван Напреенко