Тут ничего нету

Сюда выводятся комментарии

Сюда выводятся даилоговые окна

About company (eng)
Поиск Карта сайта Обратная связь Зарегистрироваться Войти

Пресса о нас

СВЯТАЯ И ГРЕШНАЯ РОК-БЛАГОДАТЬ

scale_1200 В первый выпуск истории «Аквариума» вошли воспоминания двух участников ее «золотого состава» - виолончелиста Всеволода Гаккеля и флейтиста Дюши (Андрея) Романова. Тексты очень разные, как и их авторы, и лучше всего представить их не пересказом с комментариями, а развернутыми цитатами. Вот пример воспоминаний Гаккеля:

«В июне мы приехали в Москву и приняли участие в концерте для членов конгресса «Врачи мира за безъядерный мир» в концертном зале «Россия». В качестве почетных гостей ожидались Стивен Стиллз и Грэм Нэш. Дэвид Кросби приехать не смог, потому что у него были проблемы с наркотиками, в результате чего он оказался в тюрьме. Мы не верили, что такое возможно. Мы приехали за день до концерта, и нас поселили в гостинице «Россия», что было очень удобно, поскольку зал находился в том же здании. Это оказался тот день, когда Маттиас Руст приземлился на Красную площадь. Мы ходили смотреть, но самолет уже куда-то оттащили, а пилота арестовали. Мы сидели в номере, когда вдруг вошел Стивен Стиллз с гитарой, сел на кровать и запел Love The One You With. Так состоялось наше историческое знакомство. Днем был торжественный обед, а вечером в гостинице нам отвели специальную гостиную, где состоялось запланированное общение двух групп. С нами все время были очень симпатичные комитетчики, которые всем были хороши, но уж больно сильно выказывали свое дружеское расположение. Но у нас не было выбора, и мы веь вечер сидели и пели друг другу песни. На следующий день, на концерте, мы решили вместе спеть песню Сестра, которую Боб только что написал, и песню Грэма Нэша Teach Your Children, которая в свое время была в Америке хитом №1, и припев которой, конечно же, нам был знаком. Концерт был бездарный, в нем участвовали все, начиная с Леонтьева и Понаровской и заканчивая оркестром Спивакова. Еще у нас вышел спор с организаторами. Которые настаивали, чтобы мы, как все, играли под фонограмму, и не хотели верить, что у нас ее нет…»

Всеволод не только вспоминает, он обобщает и глубоко рассуждает:

«Мы защемились в расщелину, когда еще не рухнула старая система, а новая не настолько сильна, чтобы все поглотить. Как выяснилось, это было самое благодатное время, которое не так часто встречается в ходе истории, и нам всем очень повезло, что мы жили в этом пограничье. Из практики: как только система становится жесткой, она уничтожает все живое. И нет никакой разницы между умершим социализмом и строящимся капитализмом – и то и другое уродливо. Примерно такая же картина складывалась с рок-н-роллом середины шестидесятых. Сначала все в нем было откровением. Но система приспособилась, появился шоу-бизнес, который все поглотил и обезличил». 

Дюша Романов делает, в общем-то, то же самое, но очень по-своему:

«Наш исторический момент обусловливался границами пионерского лета 1969 года на берегах реки Сестры в пионерском лагере ВТО (Всероссийского театрального общества), хотя с точки зрения мировой истории интереса не представлял… Это было время всеобщей подготовки всего и ко всему. Beatles намеревались в начале осени выпустить уже записанный «Abbey Road». Израильтяне расхлебывали преимущества Семидневной войны, а СССР стоял в этой связи на пороге невиданной эмиграции, когда даже друг степей калмык при определенном усердии мог стать коренным евреем и отправиться обустраивать Голанские высоты. Из советских репродукторов неслись игривые шлягеры «Я пушистый маленький котенок» и «Трус не играет в хоккей», а совсем молодые Алексей Хвостенко и Анри Волохонский писали «Под небом голубым» и «Хочу лежать с любимой рядом». Советские теле - и радиообозреватели, пользуясь застарелой непросвещенностью своих редакторов, умудрялись делать заставки к своим программам из «It’s been a hard days night» и «She loves you», а дети в пионерлагерях у костров пели «Анаша, анаша, до чего ж ты хороша», ни на секунду не догадываясь, что это такое… Это было забавное время наивных открытий и осознания самого себя. Это был конец хрущевской оттепели и начало долгого сна с открытыми глазами, во время которого и произошли все описываемые ниже события. Это было время, в которое просто не мог не появиться на свет странный младенец под странным именем «Аквариум». О нем еще не помышляли, но все уже было предопределено…»

Почти одновременно вышла книга еще одного непосредственно причастного к группе человека Джорджа (Анатолия) Гуницкого. Она, в отличие от предыдущих воспоминаний, лишена единого хронологического стержня, что вполне компенсируется ее стилистическим своеобразием:

«Существует полуофициальная версия, согласно которой «Аквариум» начал свой путь 6 июля 1972 года… Я не совсем уверен, но у меня осталось ощущение того дня. Отлично помню, что после того, как автобус 31 повернул с проспекта Славы на Будапештскую, я прочел надпись на торговой точке «Пивной бар «Аквариум». Обратил внимание Боба, ему тоже понравилось название. Ну а вскоре, через час, или через три часа, или через три дня мы решили назвать свою группу «Аквариум»…

В книге собраны результаты наблюдений Дж. Гуницкого за творчеством «Аквариума» за несколько десятилетий: повесть «Так начинался ”Аквариум”», написанная в неподражаемой, присущей автору манере, статьи об «Аквариуме», интервью с Борисом Гребенщиковым, музыкантами группы, все стихотворения Дж. Гуницкого, ставшие песнями, а также редкие фотографии группы, многие из которых публикуются впервые.

Источник